Welcome.KG
Flowers.KG E-money.KG Forum.KG Flirt.KG
Добро пожаловать в Кыргызстан!
О Кыргызстане | Экономика | История | Фотогалереи | Охота | Манас | Заповедники | Иссык - Куль
  На главную страницу / Манас / Решительный бой

Решительный бой


Поражение Конурбая

Замечательные достоинства Ак-Кулы, коня Манаса, копья и меча Манаса. Манас нападает на Конурбая, и тот, уже не раз испытавший превосходство Манаса, бежит. Его войско терпит поражение. На помощь Конурбаю приходят свежие войска во главе с одноглазым Мады-ханом.

Поговорим об Ак-Куле.
Если земля в туманной мгле,—
Светятся уши у него,
Словно свечи в них зажжены!1
Бурей зачато его существо!
На переносице у него
Обозначен уздечки след.
И на крупе у него
Пальцев святого имеется след:
Это воистину редкий конь.
Не был давно в разведке конь,—
Очень сейчас ретив Ак-Кула,
И дорога ему светла:
Свечи в ушах освещают её! [1]
Крашеное держа копьё,
Сел на саврасого коня,
На божественного коня,
Твой Проливатель крови Манас.
Поговорим о копье сейчас.
Самых сильных людей отобрав,—
Чтобы срезали камыши,
Мощных верблюдов потом отобрав,
Чтобы возили камыши,—
Копейщик, знавший дело своё,
Так разукрасил это копьё:
Камышами покрыл его!
Клеем снаружи скрепил его,
Жилами обкрутил его!
Драгоценным копьём взмахнув
И камчой Ак-Кулу хлестнув,
Скачет киргизский исполин,
Задумавший покорить Бейждин!
Гордо Манас обнажил свой меч.
Гору угля бросили в горн,—
Горну нехватило горы,
Грозный чтобы выплавить меч!
Множество вырубили лесов,
Чтобы в горне выплавить меч!
Множество истребили быков —
Шкуры их пошли для мехов,
Чтобы грозный выплавить меч!
Горновщик молился не раз,
Горячо просил Каратаз,
Говоря: «Помоги мне, бог!»
Для закалки того меча —
Так была его сталь горяча —
Нехватило холодных ручьёв.
Множество пересохло ручьёв!
Кончить отделку его не смогли,
Не выдержав, изнемогли
Сорок искуснейших мастеров
Из далекой мисирской земли.
Знаменитейший ковач
Зиму и лето Манасов меч
Выковывал для будущих сеч.
Закаляли в Урюме его,
За тридевять далёких земель.
Закалка длилась двести недель.
Воздух умеющий рассечь,
Красным пламенем горящий меч,
В грозные дни напряжённых сеч
Удлиняющийся меч,
В мареве голубых небес
Ворожбой закалённый меч,
Джаем заворожённый меч,
Бывший во чреве дракона меч,
Бывший ровно три месяца в нём,
Ядом драконьим пропитанный меч,
В деле военном испытанный меч,
Гору способный с размаху рассечь,
Голову отсекающий с плеч,
Такой, что, кинь в траву его,
Он траву сумеет зажечь,
В дальнем Мисире прославленный меч,
С трудностями доставленный меч,—
Вынул из ножон твой Манас.
Искрой битв зажжён твой Манас,
Лик Манаса вселяет страх:
Как у дракона,— весь в волосах!
Вес одних лишь доспехов его
Больше веса верблюжьих вьюков!
Твой Проливатель крови таков:
Только те, что сами хотят
Умереть,— сражаются с ним.
Если же смерти своей не хотят,—
Биться не решаются с ним.
На плечо повесил он
Копьё в шестьдесят кулачей длиной;
Позади его полз дракон;
Нежным сияньем сходны с луной,
Две крылатых пери его
Сопровождали с обеих сторон.
Сопровождали звери его:
Рыскал волк с безволосым хвостом;
Беркут расправил крылья над ним;
Следовал тигр за Манасом твоим;
Серопёстрый кулджа бежал;
Сорок чильтенов, Каип-Эрен
Были спутниками его.
Правый глаз его пламя метал.
Пули сыпались из Ак-кельте!
Уголь из левого вылетал.
Пули сыпались из Ак-кельте!
Безразлично для Ак-кельте —
Близко ли, далёко ли враг.
Повергает врага во прах!
Сталь в сердцевине Ак-кельте,
Смертоносно дуло его,
Гуще тумана — дым из него,
Мушка — чудовище, пуля — смерть.
Крикнул Арстан.
На Манасов зов
Сотни тысяч храбрецов
На конях своих кинулись вдруг,
На китайцев ринулись вдруг!
И неверные наутёк
Повернули крупы коней.
Двинулся киргизов поток.
Разве китайцы против них
Устоят? Разве лица их —
Срама не знающие ступни?
Разве толстокожи они?
Стремительно батыры летят,
В смятении кафиры спешат,
Скачут к городским воротам.
Пики возвышаются там
С наконечниками — в кулач!
Целые тьмы пустились вскачь.
В бой вмешался гиена Чубак.
Славен в деле военном Чубак,
Твёрдая у него рука!
Льётся кровь перед ним, как река,
Сглаживая лицо земли.
Врассыпную бежали враги,
Путь к Бейджину держали враги,
Биться не решались тогда.
День и ночь смешались тогда:
Правда, прозрачен был небосвод,
Но земля уже не видна,
Мраком густым покрылась она,—
Тьмы китайцев по ней текли,
Закрывая лицо земли,
Исступлённо в степи крича...
Разум тогда потерял Калча,
Разом не повернул свой народ —
Обратившийся в бегство народ!
Мужества не показал Конурбай...
Выхода не знал Конурбай...
«Если бегущих не ворочу,
На Манаса не наскочу,
Если бурутам обиду спущу,
Если Манасу не отомщу,—
Ляжет на меня позор!»
Так подумав, острый взор
В гущу боя вперил Калча:
Улюлюкая и крича,
Все двенадцать ханов стремглав
Мчатся, толпы неверных загнав
К жёлтой реке Курпюльдек,
Глубочайшей из жёлтых рек.
Тьмы правоверных батыров там
Окружили кафиров лихих...
Отделившись от своих,
Выступил великан Конур,
Выдающийся хан Конур.
Только завидел его Манас,—
В яростный пришёл он гнев,
Твой наводящий ужас Лев!
Ветер летит изо рта у него,
Пламя летит из очей у него,
Кровь потекла горячей у него!
«Стоит ли мне китайцев рубить,
Множество калдаев губить?
Эту мелочь к чему теснить?
С этим ватнокушачным Калчой,
С важным, остроколпачным Калчой
Разве не лучше мне в бой вступить?
К чваному псу подъеду я,
Здесь одержу победу я!»
Так подумав, Манас-ойон,
Для которого пули — пыль,
Мелочь, не стоящая того,
Чтоб о ней заботился он,—
На Конурбая направил свою
Пику, прославленную в бою.
Громом Арстановым оглушён,
Пылом Арстановым обожжён,
Видом Арстановым поражён
Не выдержал Конурбай, струхнул,
Вдоль реки за скалу свернул,
Юркнул, как лиса, в тростники!
Снова пустился в бой ойон.
День ли, ночь — не считался он,
Гнал хаканчинцев твой исполин,
Загонял неверных в Бейджин;
Множества потонули в реке,
Унесла их лавина тогда.
Только спаслась половина тогда
Этих огромных тюменей людских!
Оставшиеся в десять раз
Превышали Манаса войска.
Между спасёнными был Конурбай,
Оповестил он весь Китай
О пораженьи войск своих.
Всполошился Великий Бейджин.
Кары-хан собрал свой народ,
Поскорей отправил в поход.
Страхом смертельным обуян,
Множество китайских войск
Конурбаю послал Кары-хан.
Предводителем этих войск
Мады-хана сделал он,
Одноглазого Силача:
Место ему уступил Калча.
Поскакал на бугае Мады —
Выручать своих из беды.



[1] По старинному верованию киргизов, в очень темную ночь у лошадей чистых кровей светятся уши, фосфоресцируют.



Вступление киргизов в Малый Бейджин
Одержав решительную победу, киргизы объявили проверку своего войска. По совету Алмамбета, Манас отправляет послов к Эссен-хану с требованием: взамен Незгары отдать киргизам на шесть лет Малый Бейджин, а также отдать Бурулчу и Бирмискалъ. Несмотря на противодействие Конурбая, Эссен-хан соглашается на все требования киргизов. Манас объявляется ханом Малого Бейджина. Алмамбет женится на Бурулче, Чубак — на Бирмискаль. »»

Конец сражения
Китайский император посылает против киргизов свежие войска во главе с Чон-Мергеном (Великим Стрелком). Алмамбет убивает Чон-Мергена и, переодетый китайским воином, бежит с китайским знаменем по направлению к Бейджину. Китайцы отступают вслед за мнимым знаменосцем. Половина китайских войск погибает. Захватив огромную добычу, киргизы достигают ворот Малого Бейджина. Манас приказывает прекратить бой. »»

Борьба с Мады-ханом
Мады-хан на своём однорогом бугае начинает теснить киргизов. Конурбай снова вступает в битву. Он пытается одурачить Сыргака, но Алмамбет расстраивает его замыслы. Тщетно Манас и его батыры нападают на Мады-хана, —он непобедим. Манас упрекает бога в несправедливости. Киргизы убивают Мады-хана. »»


О Кыргызстане
История
Экономика
Фотогалереи
Манас
Каталог
Информеры

Информер

Информер

Вверх
  На главную страницу / Манас / Решительный бой


Welcome.kg © 2001 - 2018