Welcome.KG
Flowers.KG E-money.KG Forum.KG Flirt.KG
Добро пожаловать в Кыргызстан!
О Кыргызстане | Экономика | История | Фотогалереи | Охота | Манас | Заповедники | Иссык - Куль
  На главную страницу / Манас / Разведка

Разведка


Бой с одноглазым Малгуном

Сорок жрецов, караулящих Бейджин, погибают, поддавшись хитрости Алмамбета, переодетого Конурбаем. Одноглазый великан Малгун, зная, что Конурбай находится в Бейджине, вступает с разведчиками в бой. Несмотря на то, что Сыргак лишает Малгуна его единственного глаза и убивает его знаменитого мула, Малгун продолжает борьбу. Сыргак сбивает с головы великана волшебный шлем, и Малгун терпит поражение.

Вот,— Сыргаку сказал Алмамбет,—
Возвышается там хребет.
Там тропинка бежит: на ней
Места нет и для двух коней...
Неудача постигла меня —
Запоздали мы на два дня,
А проехать нам надо шесть,
Чтобы встретиться с грозным Малгуном.
Всех достоинств его не счесть:
Подобны грому его слова,
Подобна дому его булава,
Подобна взгорью его голова,
В каждом пальце его — чугун,
Вот каков исполин Малгун.
Каменный трон — сиденье его,
Сорок жрецов — окруженье его,—
Силу большую в себе таят.
Сорок жрецов на страже стоят
Перед великим Малгуном.
В книгах китайских сумел я прочесть:
Мул у Малгуна особенный есть,
Великий мул, над мулами царь,
Ни одна ещё в мире тварь
Обогнать его не смогла
И догнать его не смогла.
Если на мула- сядет Малгун —
Непобедимым станет Малгун.
Спросишь: каков исполин Малгун?
Хранит он Малый Бейджин — Малгун.
Подобны грому его слова,
Подобна взгорью его голова,
Точка на каменном лбу видна,
С бочкой многоведёрной сходна,
В бочке мигает его зрачок —
Великан Малгун одноок...
Внимательно слушай мои слова,
Будет речь моя такова:
Видишь — вдали горный уступ,
Великана там караул.
Видишь — вырос на склоне дуб?
Серый к стволу привязан мул.
Только крикну тебе: «Манас!» —
К мулу ты подбеги тотчас,
Голову отсеки ему!
Ты запомни слова мои:
Чаще ты на меня смотри,
Попятишься в испуге, сынок,
Подумаю: духом ты — сосунок!
Ведь на тех, кто струсил в бою,
Будут праведники в раю
Ездить, как на чёрных ослах...
Но знаю: тебе неведом страх!
Выверенное знамя моё,
Вывешенное на копьё!
Ты из горсточки мусульман
Был мне в дар Манасом дан,
Горло Малгуну ты прогрызи,
Гордо гибель ему принеси,
Голой рукой его порази,
Голову отруби Малгуну!»
Превосходный воин Сыргак.
Приготовился к бою Сыргак.
Предкам своим помолился Сыргак,
Трудной тропой пустился Сыргак —
Направил пику на силача.
Разгорались глаза его,
Расширялись глаза его,
Он метался без Алаке,
Дожидался он Алаке,—
Чтоб раздался крик Алаке,
Чтобы к мулу кинуться смог,—
Чтобы мула свалил он с ног.
Голой рукой он убил бы его,
Голову бы отрубил у него...
Вот над холмом показался Алма,
Словно гора возвышался Алма.
Важный такой и строгий он,
Ватнокушачный, широкосапогий он,
Кажется он самим Калчой,
Кажется он большим Калчой!
Трубку в печь величиной
Вынул он из-за кушака.
Всунул в трубку всей пятернёй
Шесть кисетов табака,
Трубка до того глубока,
Что не видно в ней табака!
И движеньем спесивым вдруг
Он китайским огнивом вдруг
Чиркнул о кремень слегка:
В трубке сразу костёр большой
Появился сам собой,
Полыхает издалека!
Как затянется он дымком —
Трубка грозным заржёт конём!
Выпустит из трубки дым —
Дым столбом взойдёт над ним!
Издали замечая его,
За Калчу принимая его,
Конурбаем считая его,
Сторожа Китая его —
Поднялись жрецы, крича:
«К нам — глядите — приехал Калча!»
Конурбай великий сам
Приближается тут к жрецам.
С бешеным огнём в глазах,
С крашеным копьём в руках,
На макушке блестит как раз
Величиною с кувшин алмаз,
Изрыгает сердитый конь
Изо рта голубой огонь!
Помутились жрецов умы,
Всех смутил их облик Алмы,
Ставшего Конурбаем.
Древен Конурбая род,
От хакана род ведёт,
Названный Конурбаем.
Если крикнет на часовых —
В пятки душа уходит у них,
Дрожат перед Конурбаем!
Сорока жрецам своим
Крикнул он голосом громовым:
«Слушайте-ка, сорок жрецов!
Слушайте-ка грозный мой зов!
Я весь мир объехал кругом —
Не столкнулся близко с врагом!
И не страшен меч его нам,
И бояться нечего нам.
Земля моя — защита моя.
Гора моя — опора моя.
Живите, гибели не страшась:
В постели встретите смертный час.
У меня на хребте лиса,
Утка переплывает плеса,
У меня стоит на часах
Умный архар, чьи рога — в небесах!
Если враг заберётся в леса —
Утка переплывет плеса,
Перебежит хребет лиса,
Предупредит лиса Калтар,
Умный предупредит архар
Об опасности такой...
Но теперь — везде покой,
Мы живём за крепостной
Укреплённою стеной!
Враг пойдёт на нас войной —
Голод лишь найдёт и зной
И сухой простор степной.
Вы, жрецы, стережёте мой трон,
Стережёте со всех сторон,
А не знали вы женщин ещё,
Не ласкали вы женщин ещё!
Служите вы мне, жрецы мои,
Слушайте теперь, жрецы мои!
Весь Бейджин я оповещу —
Жён для вас я поищу.
У Бейджинского Кары-хана я,
У любезного Кары-хана я
Выпрошу сорок чистых девиц.
Вам, стоящим у наших границ,
Верным и мудрым моим жрецам,
Тех девиц вручу я сам!
Вам девиц вручу я всех,
С вами обручу я всех!
А вдруг меня не уважит он,
И в просьбе моей откажет он,—
С Кары-ханом из-за вас
Поведу я борьбу тотчас.
Страну его тогда разделю,
Смуту у него поселю.
Силою девиц захвачу,
С вами тех девиц обручу.
Каждому я подарю страну,
И в придачу я дам жену,
Каждый будет беком у меня,
Знатным человеком у меня!»
Услыхав такие слова,
Побросав секиры сперва,
Прибежали жрецы к нему —
К повелителю своему!
Слёзы радостные у них,
Грёзы сладостные у них.
Лишь Малгун остался вдали,
Подозренья в душу вползли.
Подобна взгорью его голова,
Подобна дому его булава,
Подобно грому кашляет он!
Был сюда Малгун привезён
Из города великанов.
Словно стены — плечи его,
Человечьей речи его
Обучало несколько ханов.
Поставили в карауле его,
Не пробивают пули его:
Панцырь железный на теле его,
В шубу стальную одели его!
Главный в карауле — Малгун,
Славный караульщик Малгун.
Явный беспорядок Малгун
Замечает в природе самой:
«Обернулось лето — зимой,
Свет полдневный сделался тьмой.
Буря — ни с того, ни с сего!
Это — Алмамбета колдовство!
Это — Алмамбета хитрый джай!
Ведь сорокаханный весь Китай
Знает, что пирует Конурбай
С остальными ханами в Бейджине.
Яствами навьючив слонов,
Множеством отборных плодов,
Он поехал пировать в Бейджине,
Лишь двенадцать дней прошло всего,
Перед нами — просто колдовство,
Этот человек — не Конурбай,
Конурбаю — время быть в Бейджине».
Так подумал исполин Малгун,
Защищать решил Бейджин Малгун.
Взглядом окинул его Алма,
Славный вынул булат Алма,
Он слегка булатом поиграл,
И жрецов с десяток наповал
Он играючи поубивал.
И опять булатом он взмахнул —
Поредел Малгуна караул:
Доброй половины нет как нет!
Выпрямился грозный Алмамбет —
И не стало сорока жрецов!
Но Алма — храбрец из храбрецов —
Удержать уже себя не смог:
Великана хочет сбить он с ног.
Удержать не в силах себя,
Белыми зубами скрипя,
Взор взметая дикий вдруг,
С крашеною пикой вдруг
И с мечом он кинулся вдруг,
На Малгуна ринулся вдруг! —
Одноглаз, но велик Малгун,
Алмамбета постиг Малгун:
К мулу бросился тотчас.
Издали слышит Сыргак: «Манас!»
К подвигам зовёт его клич,
Он стремится мула достичь,
И тулпар его — Кок-Чебич —
Разлетелся, быстрый, как весть.
«Не дам на мула Малгуну сесть!» —
Скачет с думой такой Сыргак,
Скачет горной тропой Сыргак.
Вот уже, наконец, уступ.
Возвышается старый дуб.
К дубу тому привязан мул.
Нар-кескеном Сыргак взмахнул —
Головы лишился мул.
По камням, их касаясь едва,
Покатилась его голова.
Одноглаз, но велик Малгун.
Поднял неистовый крик Малгун:
«Крылья срубили у меня!
Мула убили у меня!»
И когда закричал исполин,
Обвалились камни вершин.
Заклокотал у Малгуна гнев,
Заскрежетал он, рассвирепев;
Загрохотал он злобно тогда:
«Заявились буруты сюда!
Они сюда, незваны, пришли
Из своей поганой земли.
Изрублю бурутов без труда,
Истреблю бурутов навсегда!
Изловлю Алмамбета я,
Буду Кары-ханом самим
Награждён за это я!»
Так ревел он перед борьбой.
Сам он — с гору величиной.
Брюхо — шириною с дом:
Сто мужчин поместятся в нём.
Волосы его бороды
Как рукояти секир тверды;
Рот его — большая печь:
Может выдохом обжечь.
Напрягает силы Алма:
На правую лопатку его
Направляет, свирепый, копьё.
Но разбилось в щепы копьё!
От испуга заржал Сарала,
Под Алмой задрожал Сарала,
На передние ноги лёг.
Он опомниться сразу не смог,
Не успел подняться, когда
Алмамбета постигла беда:
В хвост Саралы вцепился Малгун!
В халат Алмы вцепился Малгун!
Алмамбета волоча,
По-китайски бормоча,
Он взмахнул своей булавой
Над Алмамбетовой головой!
Видит Сыргак — погибает Алма!
Сходит Сыргак от горя с ума,
Мыслей в мозгу теснится тьма...
«Страшное время настало для нас!
Тяжкое бремя напало на нас!
Мыслимо ль, чтоб у меня на виду
Скатилась у Алаке голова?
Лучше я жертвой сейчас паду
За Алаке, за такого льва!»
Засвистел Сыргака бич —
И понёсся Кок-Чебич!
Изловчился юный Сыргак,
Наскочил на Малгуна Сыргак,
Бросился бесстрашно к нему,
Отцепил от него Алму
Вместе с верным его Саралой!
Разъярённый, могучий, злой,
То наскакивал на силача,
То отскакивал от силача!
Бьёт — отважный, ярый — Малгуна:
Не страшат удары Малгуна!
Бьёт секирою и мечом,—
А язычнику — нипочём!
Бьётся с одноглазым Сыргак.
Потерял свой разум Сыргак.
Очутился разом Сыргак
В лапах великого силача.
Нож над ним возносит Малгун,
Вот-вот в бездну бросит Малгун!
Тогда, как буря быстрый, Алма,
Меча глазами искры, Алма
Ткнул Малгуна в брюхо мечом,
Перерезал ухо ножом,
Тут выпустил Сыргака Малгун,
Вступил с Алмою в драку Малгун!
Соколом у гнездовья птенцов
Около разъярённых бойцов
Вьётся молодой Сыргак.
Он взмолился к творцу самому:
«Меж людей ты выбрал Алму.
Героем невиданным сделал его,
Гиеной неслыханной сделал его...
Разве ты не видел меня?
Почему ж обидел меня?
Не сделал ты воином славным меня?
Малгуну не сделал ты равным меня?
Стану с Малгуном лицом к лицу,
Как приличествует храбрецу,
Буду с ним сражаться сейчас,
Прицелюсь в единственный глаз,
Промаха не допущу я, своё
На великана направив копьё!»
Точка на лбу Малгуна видна,
С бочкой многоведёрной сходна,
И мигает в бочке зрачок:
Для него секира — сучок!
Вкруг Малгуна скачет Сыргак,
Не находит места никак,
Хочет он прицелиться в глаз.
Вот пред ним зеница зажглась,
Он её нашёл, наконец,
Он её проколол, наконец!
Наконец великан ослеп!
Завопил великан, свиреп.
Тьмой окутанный Малгун
Тропкой путаной бежит,
Чёрною тропой бежит,
Яростный, слепой — бежит,
Падает, встаёт опять
И пускается бежать.
Мчится, львами двумя гоним.
Алмамбет и Сыргак за ним,
Не отступая, летят вослед,
Но Малгуну — погибели нет!
Не поранишь его мечом,
Даже пика ему нипочём,
Не пробьёт секира его:
Не берёт — кафира — его!
Даром, что теперь он — слепец,
Не догонит его бегунец,
Марево не догонит его,
Булава не затронет его.
Пуля для Малгуна — пустяк...
Знали Алмамбет и Сыргак
(Было ведомо то не всем),
Что у Малгуна особенный шлем;
Неуязвима его голова,
Нужно сбить с неё шлем сперва!
Нету в мире сильней его.
Шесть преследуют дней его
Молодой Сыргак с Алмой —
Не одолеют его никак!
Только начался день седьмой —
Бросился на него Сыргак,
Скинул шлем с его головы!
Тут воспрянули наши львы!
Вынул Алмамбет свой меч,
Наискось ударил врага:
Кровью залил его до плеч,
Голова скатилась врага!
Если голову снёс он ему,
Если гибель принёс он ему,—
Мир таких не помнит побед,—
Значит, на свете героя нет,
Равного твоему Алмамбету!
Был непобедим Малгун,
Был неуязвим Малгун —
Победил его Алмамбет,
Значит, на свете героя нет,
Равного твоему Алмамбету!
Азиз-хана единственный сын
Землю разрыл, где стоит Бейджин,—
Имеется это место!
Алмамбет, звезда храбрецов,
Сорок уничтожил жрецов,
Превратил он Малгуна в прах,
Обезглавил его в горах,—
Имеется это место!



Свидание с Бурулчой
Бурулча увидела во сне, что приехал ее жених Алмамбет. Она приказывает дворцовой страже удалиться. Алмамбет и Сыргак свободно проникают во дворец Эссен-хана. Бурулча упрекает Алмамбета в том, что он забыл ее. Алмамбет оправдывается, и Бурулча клянется ему в вечной верности. По настоянию Сыргака разведчики немедленно отправляются в поиски коней Конурбая. »»

Въезд в Малый Бейджин
Разведчики приближаются к реке Курпюльдек. Перед ними расстилается благословенная страна. Алмамбет, переодетый бейджинским полуханом, и Сыргак, переодетый шумбулем, вступают по таинственному мосту в Малый Бейджин. Алмамбет обманывает китайское войско, и оно, под предводительством Джолоя и Незгары, покидает Малый Бейджин. Алмамбет советует Сыргаку не заговаривать с китаянками, чтобы не выдать себя. »»

Родные места
Разведчики вступают во владения Азиз-хана. Алмамбет вспоминает свое детство. Он видит в саду Азиз-хана старый высохший чинар, судьба которого чудесным образом связана с судьбой Алмамбета. Разведчики находят трубку, некогда утерянную Алмамбетом, и Сыргак убеждается в истине его рассказа. »»

Гибель великанши Канышай
Алмамбет, убив водоноса великанши Канышай и переодевшись в его платье, проникает во дворец великанши, где в это время происходит пир. Пораженная красотой мнимого водоноса, Канышай влюбляется в него. Алмамбет отравляет пирующих страшным ядом. Канышай раздвигает стены дворца, надеясь спастись бегством. Разведчики настигают ее и убивают. »»

Встреча с лисой и архаром
Разведчиков окружают чудовища. Сыргак начинает подозревать Алмамбета в измене. С помощью колдовства Алмамбет прогоняет чудовищ. Разведчики убивают лису Калтар — верную стража Бейджина. Алмамбет превращается в китайского хана Конурбая, а Сарала — в Алгару, коня Конурбая. Вслед за лисой гибнет другой страж Бейджина — архар, одураченный разведчиками. »»


О Кыргызстане
История
Экономика
Фотогалереи
Манас
Каталог
Информеры

Информер

Информер

Вверх
  На главную страницу / Манас / Разведка


Welcome.kg © 2001 - 2018