Welcome.KG
Flowers.KG E-money.KG Forum.KG Flirt.KG
Добро пожаловать в Кыргызстан!
О Кыргызстане | Экономика | История | Фотогалереи | Охота | Манас | Заповедники | Иссык - Куль
  На главную страницу / Манас / Разведка

Разведка


Въезд в Малый Бейджин

Разведчики приближаются к реке Курпюльдек. Перед ними расстилается благословенная страна. Алмамбет, переодетый бейджинским полуханом, и Сыргак, переодетый шумбулем, вступают по таинственному мосту в Малый Бейджин. Алмамбет обманывает китайское войско, и оно, под предводительством Джолоя и Незгары, покидает Малый Бейджин. Алмамбет советует Сыргаку не заговаривать с китаянками, чтобы не выдать себя.

Алмамбет и Сыргак вдвоём
Долго неслись в краю степном.
И заметил твой Алаке:
Что-то желтеет там, вдалеке.
Наконец подскакали к реке,
Подскакали к реке Курпюльдек.
По берегам — холмы, дерева,
Зеленеет вокруг трава,
Из ущелья, горной тропой
Скачут куланы на водопой.
Как рука — кислинки здесь!
Каракурт — как палец здесь!
Каракулевой шкуркой здесь
Курчавая растёт листва.
Какие здесь живут существа!
Олени здесь в испуге бегут,
Мчатся без всякого повода прочь,
Будто коровы от овода — прочь!
Высоко в горах — снега.
Далеко бегут луга.
Зверей увидишь ты много здесь.
В предгорьях найдёшь козерога здесь,
Увидишь тигра ты на холмах,
Выдру — на песчаных волнах.
Подымаются здесь пески,
Как минареты они высоки.
Вдоль песков — стволы чинар...
Будешь ты молод или стар,
Если ты посмотришь на них —
Всё забудешь в этот миг!
Проделаешь огромный путь,
Чтобы вновь на них взглянуть!
Здесь плоды привлекают взор.
Яблоки на земле, как сор!
Жрут их здесь корсак и медведь —
Им по вкусу пришлась эта снедь!
Падают орехи с дерев,
Поймы наполняя собой.
Плавятся фисташки, поспев,
Превращаясь в масло порой,
Пахнут абрикосы, поспев,
Превращаясь в мёд золотой.
Никогда такую, вовек
Землю не видал человек!
Если же её увидит,— он
Остолбенеет, заворожён!
Щёлкают на ветвях соловьи...
Самым печальным ты прослыви,
Но, соловьиный слыша напев,
Ты засмеёшься, повеселев!
«Видишь, Сыргак,— сказал Алаке,—
Мы подошли к великой реке.
Птица не перелетит Курпюльдек,
Вброд его не перейдёт человек,
Мчится река — бугор за бугром,
Эхо напоминает гром,
Жёлтые воды её глубоки...
Мне лишь известна тайна реки!
Я только тайный знаю проход:
Знаю мост под покровом вод!
Славится Курпюльдек глубиной,
Мне же — мост на нём ведом, Сыргак.
Я — на коне, а ты — за мной,
За Саралою следом, Сыргак!
Так прикрытый речной водой
Мост потайной перейдём с тобой.
Ещё хочу я тебе сказать:
Курджун я должен свой развязать:
Полуханская шуба в нём!
В ней показывался сам
Азиз-хан по торжественным дням!
Гляди, Сыргак, да на ус мотай,
Как морочить я буду Китай!»
Развязывает курджун Алма.
Белая на нём бахрома.
Леопарду курджун полетать!
Нелегко его развязать.
Шуба, наконец, видна.
Шита жемчугами она.
Был умён Азиз-хана сын,
Думал он, покидая Бейджин:
«Ныне враг мой заклятый — Бейджин.
Если вернусь я в проклятый Бейджин,
В этот неверный богатый Бейджин,
Ждущий моей расплаты Бейджин,—
Может быть, будет мне нужна
Полуханская шуба отца...»
Вот надел он её... как пышна
Полуханская шуба отца!
Вышиты разные знаки на ней,
В янтарях — и зад, и перёд.
Жемчуга нашиты на ней
Величиной в овечий помёт.
Ханскими знаками испещрена,
Блещет в ханских отличьях она.
Кары-хана видны письмена,
Вывел на ней он подпись свою:
«Бейджинскому полухану дарю».
Шубой Сыргак весьма поражён.
«Оказывается,— думает он,—
Настоящий китаец Алма!»
Был Сыргак пристыжен весьма —
Стыдно своих подозрений ему.
Полюбил он сильней Алму,
«Велик он, этот арстан,— говоря,
Обрадовался в сердце своём. —
Оказывается, в Таласе зря
Мы смеялись над этим львом.
Ведь к Манасу не гнали Алму,—
Веская причина была:
Вера мусульманства тому
Веская причина была.
Лев средь бейджинцев могучих он,
Оказывается, из лучших он!
В этом Бейджине, славном весьма,
Оказывается, главным — Алма.
Величина большая он.
Из властелинов Китая он,
Из двенадцати владык,
Видимо, выдающийся хан!
Как средь карликов — великан,
Так в Бейджине первенствовал он.
Оказывается, сила его
Крепостью Бейджина была.
Тому, что жизнь дробила его,—
Веская причина была.
Оказывается, «бисмильда» —
Вот причина мук его.
Если б только не «бисмильда»,—
Жил бы в Бейджине, как божество,
И над ним бы главенствовал он!
Оказывается, уважаем весьма
Сорокаханным Китаем Алма.
Действительно, он управителем был,
Не просто каким-нибудь жителем был,—
А Бейджина властителем был!
Видимо, мы оскорбляли его,
Если мы обзывали его,—
Словом бесчестили бранным его,—
Звали «кафиром поганым» его.
Даже бровью не поведя,
Он выслушивал брань ослов,
Как одногорбый верблюд идя
Под тюками презрительных слов...
Настоящий лев Алма!
В битве — божий гнев Алма!
Если наша крепость — Манас,
Алмамбет — крепостной вал.
Если б кто и напал на нас,
Он бы вала не миновал!
Если наш птицелов — Манас,
Алмамбет — стальная сеть.
Выловит всех врагов Манас,
Раз у него такая сеть!»
Был поражён Сыргак весьма...
Гиена из гиен Алма
Вынул шубу шумбульскую вдруг,
На Сыргака надел Алма
Эту шубу шумбульскую вдруг.
Даром, что был именитый хан
Этот из кабланов каблан,—
Не посчитался с этим: юнцу,
Двадцатилетнему храбрецу
Сам подпоясал он шубу вдруг!
Чудо: этот юный смельчак —
Он китайцем глядит, Сыргак,
Телохранителем Алмы!
Выбрав место, в Курпюльдек,
В глубочайшую из рек,
Входят батыры, но река
Не достигла и потника.
Белозубый Сарала,
Лебединые крыла
Распустив, расправив хвост,
Перешёл таинственный мост.
Следом — Кок-Чебич за ним,
Под Сыргаком молодым,
Третий — Карт-Курен летит,
Влажной шкурою он блестит.
Не совещаясь между собой,
Кони бегут единой тропой!
Изгибаются иногда,
Извиваются иногда,
Надо — поплывут юрком,
Надо — поплывут нырком...
Наконец герой Алмамбет
И Сыргак, за ним вослед,
По мосту Курпюльдек перешли.
Плоскогорье предстало вдали.
Ближе подъехали к нему,
Видят народа тьмущую тьму!
Оказались в толпе людской
Два знаменитых хана:
Джолой И Незгара — с войском своим.
Храбрецы приблизились к ним.
Не узнали китайцы их,
Нестерпимый поднялся гуд,
Тысяцкие навстречу бегут,
Сотские толкают народ,
И десятские лезут вперёд!
Закричали китайцы тотчас:
«Полухан бейджинский у нас!»
Распростёрлось войско пред ним —
Перед полуханом самим!
Не был узнан Алмамбет,
Слышит: «Полухану — привет!»
Брови сдвинул он в ответ —
Озабочен сейчас полухан!
Вот ударил он в барабан,
Чтобы стихли все голоса,
Чтобы гомон унялся,
И повёл он такую речь:
«Должен я вас предостеречь.
Мне рассказывала лиса,
Караулящая леса;
Из края далёкого к нам скача,
Убив Одноокого Силача,
Наше могущество поправ,
Наше имущество забрав,
Буруты хотят покорить нас.
На джайляу Холодном в поход
Собрался бурутов народ.
Главный хан у него — Манас,
Имеется в наших списках Манас.
Лев среди львов киргизских Манас!
Облик его известен у нас.
Лицо его — каково оно?
Зажаренное в сале пшено!
Очи его, как ночи, мрачны,
Притаилась в них гроза.
Смотрят на мир с презреньем глаза.
Идут буруты ныне на нас,
А никто в Бейджине у нас
Должного им отпора не даст.
Здесь беспечно храпите вы,
Так дороги храните вы?
Что несёт вам бурут Манас?
Горе несёт безысходное он!
Если, джайляу Холодное он
Перевалив, прибудет к нам,
Знаете ли, что будет нам?
Все мы погибнем при встрече с ним,
Все мы погибнем от сечи с ним!
Нас большая постигла беда.
Страшный пожар бывает, когда
Пламя в сердце самом зажглось...
Спросите: кто Манаса хребет?
Враг Китая — бастрык Алмамбет!
Страшен нам Азиз-хана сын!
Еду я в хаканчинский Бейджин,
Чтобы хакану всё рассказать.
Силачей соберу-ка я!
Двинется китайская рать,
Ринется кинжалорукая!»
От неожиданных этих речей
Вздрогнула толпа силачей.
Разве китаец не воин он!
Может остаться спокоен он?
У китайца душа горяча!
Неистовые, перед боем рыча,
Эти в железо одетые львы,—
И несметные, как пески,
Как муравьи среди муравы,—
Начали строить свои войска.
Вот возносятся древки,
Пёстрые знамёна горят,
И на мулах — за рядом ряд —
Двинулись китайцы в бой.
Ханы Незгара и Джолой
Возглавляют свои войска.
Алмамбетова рука
Указывает путь войскам...
Смерть их ожидает там,
На джайляу Холодном — смерть,
На сухом и бесплодном — смерть!
Так их Алмамбет обманул —
На погибель послал караул...
Он сказал Сыргаку так:
«Жертвой паду за тебя, Сыргак!
Опасайся в этом краю
Сбросить шумбульскую шубу свою,
Опасайся — не выдай ты нас.
Это будет обидой для нас.
Юноша двадцатилетний ты —
Женской ты берегись красоты,
Ты берегись китайских девиц —
Ясных лунеподобных лиц.
Много найдёшь веселий у них.
Станы тоньше свирели у них.
Части так соразмерны у них.
Очи, как у серны, у них,
В платьях блистают красных — там...
Много и женщин прекрасных — там,
Множество верблюдооких — там,
Множество румянощёких — там.
Что ромашки — зубы у них.
Что кораллы — губы у них.
Маленький — с напёрсток — рот...
Оторопь, если глянешь, берёт!
Слушай, львёнок мой молодой!
Заговорит такая с тобой —
Голову потеряешь тогда.
Если ты ей ответишь — беда!
Слово скажешь, и все поймут,
Что настоящий ты бурут!
Видишь, белеет вдали, наконец,
Эссен-хана высокий дворец.
Я с тобою туда полечу,
Чтоб увидеть, забыв печаль,
Эссен-хана дочь — Бурулчу.
Айджанджуна дочь — Бирмискаль!»
И к белеющим стенам дворца
Поскакали два храбреца.



Свидание с Бурулчой
Бурулча увидела во сне, что приехал ее жених Алмамбет. Она приказывает дворцовой страже удалиться. Алмамбет и Сыргак свободно проникают во дворец Эссен-хана. Бурулча упрекает Алмамбета в том, что он забыл ее. Алмамбет оправдывается, и Бурулча клянется ему в вечной верности. По настоянию Сыргака разведчики немедленно отправляются в поиски коней Конурбая. »»

Родные места
Разведчики вступают во владения Азиз-хана. Алмамбет вспоминает свое детство. Он видит в саду Азиз-хана старый высохший чинар, судьба которого чудесным образом связана с судьбой Алмамбета. Разведчики находят трубку, некогда утерянную Алмамбетом, и Сыргак убеждается в истине его рассказа. »»

Гибель великанши Канышай
Алмамбет, убив водоноса великанши Канышай и переодевшись в его платье, проникает во дворец великанши, где в это время происходит пир. Пораженная красотой мнимого водоноса, Канышай влюбляется в него. Алмамбет отравляет пирующих страшным ядом. Канышай раздвигает стены дворца, надеясь спастись бегством. Разведчики настигают ее и убивают. »»

Бой с одноглазым Малгуном
Сорок жрецов, караулящих Бейджин, погибают, поддавшись хитрости Алмамбета, переодетого Конурбаем. Одноглазый великан Малгун, зная, что Конурбай находится в Бейджине, вступает с разведчиками в бой. Несмотря на то, что Сыргак лишает Малгуна его единственного глаза и убивает его знаменитого мула, Малгун продолжает борьбу. Сыргак сбивает с головы великана волшебный шлем, и Малгун терпит поражение. »»

Встреча с лисой и архаром
Разведчиков окружают чудовища. Сыргак начинает подозревать Алмамбета в измене. С помощью колдовства Алмамбет прогоняет чудовищ. Разведчики убивают лису Калтар — верную стража Бейджина. Алмамбет превращается в китайского хана Конурбая, а Сарала — в Алгару, коня Конурбая. Вслед за лисой гибнет другой страж Бейджина — архар, одураченный разведчиками. »»

Камень бутовый прайс еще здесь.

О Кыргызстане
История
Экономика
Фотогалереи
Манас
Каталог
Информеры

Информер

Информер

Вверх
  На главную страницу / Манас / Разведка


Welcome.kg © 2001 - 2018